Обмен учебными материалами


http://ficbook.net/readfic/1488692 1 страница



Very Much Alive

http://ficbook.net/readfic/1488692

***********************************************************************************************

Автор:TanhiaNik (http://ficbook.net/authors/290449)

Беты (редакторы): Химический_Айеро

Фэндом: My Chemical Romance

Персонажи: Фрэнк Айеро/Джерард Уэй

Рейтинг: R

Жанры: Слэш (яой), Романтика, Ангст, Драма, POV

Предупреждения: OOC

Размер: Миди, 42 страницы

Кол-во частей: 7

Статус: закончен

Описание:

Каково это, когда человек, которого ты так отчаянно и сильно любишь, погибает, забирая с собой твою душу, а потом, спустя каких-то пять лет, ты находишь его живого в своей собственной ванне?

Публикация на других ресурсах:

С моего разрешения.

Примечания автора:

Джерард - http://stc.obolog.net/multimedia/fotos/132000/131027/131027-93427.jpg

Фрэнк - http://www4.pictures.gi.zimbio.com/Frank+Iero+2007+Projekt+Revolution+Tour+-sgxgDeXxo4l.jpg

Приятного прочтения,

Вентцарь.

__________________

Арт от Задротика (Лейли)- http://cs310419.vk.me/v310419893/7d2d/BR3sFzqraYs.jpg

Творчество от Mrs. Joker - http://ficbook.net/readfic/2300037 :з

========== We all mean something. ==========

Мы падаем, не разбиваясь,

Мы летим, не отрывая ног от земли.

Но я уверен, мы все что-то значим,

Так что продолжай к своей цели идти.

Ветер. Сильный, безжалостный, срывающий хрупкие листья со слабых веток деревьев, унося их прочь. Этот "тиран" играет с моими волосами, запутывая отросшие пряди, пробирается своими леденящими пальцами под мою одежду, одаривая ледяными прикосновениями. Я чувствовал его холодное дыхание на своем затылке, на шее и других открытых участках моего тела, которые уже начинало слегка "покусывать" от мороза.

Выйти в одной футболке и легкой ветровке, зная, что на дворе поздняя осень, было не самой лучшей идеей.

Густые облака с легким серым оттенком заволокли небо, скрывая последние теплые лучи солнца.

Сегодня был самый обычный рабочий день, который уже подошел к концу, и я могу с чистой совестью идти по сырым улицам города, направляясь к себе домой. День был на удивление легким, без особой нагрузки, не произошло никаких интересных событий, какими я мог сейчас занять свой разум, что требует пищу для размышлений. Но в голове пусто. Ни единой мысли для обдумывания. Пусто. Ненавижу такие моменты. Чувствуешь себя ещё более отречено и одиноко, чем есть на самом деле.

Тело било легкой дрожью от холода, и я посильнее замотался в легкую ветровку. Беспрерывно теребя лямку рюкзака, я семенил ногами, все ближе приближаясь к своему дому, что моя мать оставила мне, уехав из штата к своему новому мужу.

Как же долго я отказывался жить там, мечтал продать, не желая окунуться в воспоминания о том, что происходило в этом доме... Но потом я осознал, насколько глупым был, пытаясь укрыться в своем собственном мирке, оборвав все связи с прошлым.

Прошлое.

Я был счастлив. Хах, "счастлив" - даже как-то слишком мягко. Каждая клеточка моего тела, каждая извилина моего мозга, каждый элемент моей души просто трепетали от того, насколько в моей жизни все шло гладко. Каждое утро я просыпался с улыбкой на лице, и с ней же ночью засыпал, зарываясь носом в иссиня-черные волосы, прижимая теплое тело ближе к себе.

Я пытался забыть тот год, вырезать его из своего сознания, чтобы не было так больно, но ничего не выходило. И я рад этому. Рад, что те воспоминания все ещё покоятся на полочках моего разума. Ведь когда-нибудь я вновь смогу видеть мир в таких ярких тонах, чувствовать себя поистине счастливым? Надеюсь.

Один миг, все обрывается. Конец. Нет никаких чувств. Только боль. Слезы. Крики, что застряли где-то в глотке. И сердце, что с каждым ударом приносит лишь неприятные ощущения в грудной клетке. Ведь оно у меня бьется, а у него нет...

Загрузка...

Вот уже виднеется мой дом, который идентичен десятку других домов на этой улице, но для меня он такой родной, даже с потрескавшейся краской и покосившимся крыльцом.

Взбежав вверх по лестнице, попутно вытягивая из кармана ключи, что неприятно лязгнули в моих руках, я заметил, что что-то не так. Дверь не заперта.

Сглотнув ком в горле, я неуверенно нажал на ручку, открывая дверь, которая тихо скрипнула, делая шаг в теплое жилище.

Осмотревшись, я не увидел никаких изменений, все лежало так, как я и оставил, уходя на работу. Я заглянул на кухню, но там тоже все было спокойно, разве что на столе стоял одинокий стакан с водой, и я не помню, чтобы оставлял его здесь. Несмотря на весь мой "мешковатый" и "хулиганский" вид (татуировки, пирсинг, тоннели), я достаточно чистоплотен, люблю оставлять дом в чистоте.

Я нервно вздохнул и обошел весь небольшой первый этаж, заглянул в кладовку, но никого не обнаружил. Пытаясь унять зарождающуюся панику в груди, я побрел на второй этаж, по пути скидывая рюкзак с плеч.

Под моими ногами тихо скрипели половицы от каждого шага, и я неприятно морщился. Выйдя в коридор на втором этаже, я тут же понял, куда идти. Ванная. Дверь была приоткрыта, а свет включен, что я точно не мог забыть и уйти так на работу.

Вспоминая все потасовки, в какие я ввязывался, будучи подростком, я медленно подбирался к нужной мне комнате, готовый вступить в бой с предполагаемыми грабителями. Хотя, мои шансы на победу были ничтожно малы.

Поддев носком кед край двери и отталкивая ее, я резко заглянул внутрь.

Раз.

Каждый миллиметр моего тела онемел, а конечности атрофировались.

Два.

Сердце остановилось, я больше не слышал глухого эха от его ударов. Но пренебрегая всеми законами, кровь, наоборот, быстрее помчалась по сосудам, стуча в висках.

Три.

Блеск испуганных темно-зеленых глаз словно ослепил меня, отключая мой разум на время. Мои ладони вспотели, а воздух застрял в легких, не давая вздохнуть полной грудью, от чего начинала кружиться голова.

Четыре.

Мне стало страшно. Страшно, до дрожи в коленях, до боли в груди. Мои галлюцинации, с которыми, я думал, я уже давно распрощался, никогда не были настолько реальными. И они всегда навещали меня только тогда, когда город накрывала ночь.

Пять.

- Я... Простите, я не хотел Вас напугать... - тихий, до боли знакомый голос отдавался эхом в ушах.

Галлюцинации всегда молчали.

Ноги подкашиваются, и я падаю на колени на кафельный пол, не в силах оторвать взгляд от этих выразительных черт лица. От густых ресниц, вздернутого аккуратного носа, от покусанных губ, от тонкой и бледной, словно первый снег, кожи, от живых глаз.

- Кто ты? - не произнес, а, скорее, прохрипел я, чувствуя, как по щеке стекла немного теплая соленая капля.

- Простите, мне просто некуда было идти, я не знаю почему, у меня был ключ, а в голове адрес... Простите, простите, - бессвязно бормотала "галлюцинация".

- Д-Джерард? - еле произнес я.

- Мы знакомы? - добрые глаза округлились, удивленно смотря на меня.

- Я спятил?

- П-почему?

- Потому что ты мертв! - закричал я, уже не сдерживаясь, рыдая.

- Нет, я... Я живой, ведь я здесь. Я дышу и чувствую. Холодно.

Только сейчас я обратил внимание на то, что мое "видение" сидело в одежде в наполненной до краев ванне.

- Почему ты в воде? - прошептал я, еле шевеля губами.

- Я не знаю... Я не псих! - заорал парень, махнув ногой, от чего вода разлилась по полу, доходя до меня, и мои джинсы пропитались ею.

"Галлюцинация" спрятала лицо в ладонях, притянув колени к груди. До моего слуха доносилось бессвязное бормотание:

- Я не ненормальный, я не псих, я просто любил, просто любил...

- Что? - боязно спросил я, поднимаясь на ноги, тут же жалея об этом, потому что мое тело все ещё пробивала сильная дрожь, а конечности не слушались, и я мог бы упасть, но успел схватится за раковину.

- Я не знаю, я говорил это им, постоянно, даже не помня, о чем я, просто говорил, а они меня не слушали, говорили, что меня надо вылечить, говорили, что не будет больно. Тогда почему я ничего не помню?! - вновь крикнул парень, его тоже трясло, то ли от нервов, то ли от холода.

- Тихо, успокойся и объясни все по порядку, - я присел на бортик в ванной, не отрывая от него взгляд. - Кто "они"?

- Врачи. Они делали мне больно, они кололи мне уколы, запихивали в рот таблетки, от чего мне сначала было плохо, а потом все мои чувства притуплялись, и я не чувствовал ничего. А должен был чувствовать! - вновь крик; парень хватает меня за руку, а меня словно током ударило.

Такая теплая ладонь, сжимающая мои пальцы, притягивая ближе к себе. Я чувствовал ее, ощущал всеми клетками кожи. Живой.

Моя голова вновь пошла кругом, я, похоже, теряю сознание. Веки смыкаются против моей воли, в голове дымка.

- Что с Вами? Вам плохо? - обеспокоенный голос будто вселил в меня сил, и мне удалось перебороть себя.

- Джерард, - прохрипел я, проводя рукой по его щеке.

Он испуганно взглянул на меня, но не отстранился, смотря мне в глаза.

- Ты живой, - истерично хихикнул я. Только истерики мне ещё не хватало.

- Д-да. А не должен был?

- Я же неделями сидел у твоей могилы на сырой земле, смахивая пыль с надгробья, успокоительное заменило мне пищу, я до сих пор один, а мне уже 23 года, а ты живой, - все так же истерично тихо смеясь, говорил я.

- Я не умирал...

- Но где же ты был?

- В больнице.

- Какой?

- Психиатрической.

- Боже, - я почувствовал, как что-то внутри меня оборвалось, - как ты там оказался? - на глазах снова появились слезы.

- Отец. Я огорчил его. Не помню чем, но, видимо, я сделал что-то серьезное. Не помню. Он запихнул меня туда. Навещал меня, говорил, что так будет лучше, - я стал понемногу догадываться, хотя все же отвергал эту версию, каким бы черствым Дональд Уэй ни был, он не мог так поступить с собственным сыном, только потому, что он - гей! - Мне это не нравилось. Я не хотел этого. Хотел вернуться. Хотел к нему, - потупив голову, произнес он. Мое сердце будто очнулась ото сна, давай биться в бешеном темпе, вот-вот выскочит из груди.

- К кому? - голос дрогнул.

- В том-то все и дело, я не помню. Вся моя жизнь, словно монтаж, нарезка из воспоминаний, но точной картинки в моей голове нет. Это пугает.

- Ты, - я запнулся, анализируя все то, что только что услышал, - не помнишь меня?

- Нет, простите, - виновато произнес он.

Я даже не понимаю, что сейчас чувствую.

- Кем Вы мне были?

- Я твой... Друг Фрэнк, - сказать правду - я не решился, вдруг это может как-то повлиять на его память, не буду давить. Остается только верить, что он сам вспомнит.

- Друг? Видимо очень хороший, раз у меня было это, - он опустил одну руку под воду, доставая из кармана старой толстовки маленький кусочек металла и протягивая его мне; ключ от моего дома, мы собирались жить вместе. - А в голове адрес, который я озвучил водителю.

- Тебя выписали? - не узнавая свой голос, пролепетал я.

- Нет, меня бы никогда не выписали, - горько усмехнулся он, - я сбежал.

- Как?

- За столько лет я выучил каждый угол больницы, так что не составило труда это сделать. И вот я здесь, - я не отрывал взгляда от его губ, пока он говорил, и успел заметить, что они приобрели синий оттенок.

Опустив пальцы в воду, я понял, что она уже давно остыла.

- Вылезай, - скомандовал я.

Без лишних слов парень встал во весь рост, а потом я помог ему выбраться из уже холодной ванны. От его прикосновений меня бросало в жар, одновременно пробивал озноб, а по телу растекалось тепло, которое лечило старые раны, и одновременно прожигало новые.

Парень стоял прямо напротив меня, всего каких-то 30 сантиметров. Я не удержался, подался вперед и вовлек его замершее тело в крепкие объятия. Он неловко обнял меня в ответ, и я почувствовал, что он улыбается.

- А ты все так же приятно пахнешь, - забывшись, шептал я, зарывшись носом в его отросшие волосы, я всегда любил так делать, а Джерарду нравилась эта моя "привычка".

- Странно, что я не помню тебя, Фрэнки. Видимо, ты много значил для меня, а я для тебя, - шептала "галлюцинация", все крепче обнимая меня.

- Мы все что-то значим, - продолжая пребывать в забвении, шептал я.

- Что?

- Ты говорил так.

- Я обязательно вспомню тебя, обещаю! Постараюсь вспомнить.

========== Be careful making wishes in the dark. ==========

Беги.

Не останавливайся!

Беги, стаптывая ноги в крови, сбивая дыхание.

Не останавливайся!

Ты должен бежать, пока они не догнали.

Не останавливайся!

Они следят за тобой. За каждым твоим шагом. Ты должен бежать, пока не найдешь укрытия, что скроет тебя от острого взора их тускло-серых глаз.

Не останавливайся!

Ты веришь в демонов? Иронично, ведь они тоже не верят в тебя. Причем тут демоны? Самому хотелось бы знать. Нет-нет-нет, не смей сбавлять шаг, беги!

Не останавливайся!

Все, что тебя окружает - ложь. Ты погряз в ней, сам того не желая. А ведь ты был честен со всем, открыл душу, а ее просто затоптали грязными ботинками, оставляя следы. Был он, но и это у тебя отобрали. Мне жаль тебя, Фрэнки, но я уже ничего не могу сделать. Разве что заставить тебя бежать и спасаться.

Не останавливайся!

Кто я? Тебе не обязательно это знать. Можешь считать так - я - твой помощник. Я пытаюсь заставить тебя хотеть жить дальше, ты был сломлен, но оказался сильнее и смог дальше идти с гордо поднятой головой по этому грешному миру, раскрывая перед собой новые двери. Я горжусь тобой.

Не останавливайся!

И не только я. Судьба тоже гордится тобой, маленький, но сильный Фрэнки. И Она решила наградить тебя. Она дала тебе второй шанс. Дала ему силы, и он выбрался, вернулся к тебе. Не упусти его и помоги. Ты нужен ему. Точно так же, как он тебе. Ваши жизненные нити давно были переплетены вместе, образовали гигантский узел, который невозможно распутать. Боритесь!

Не останавливайся!

Будь осторожен, загадывая желания в темноте. Никто не знает, когда именно они сбудутся, Фрэнки.

***

Сквозь мое тело будто пропустили ток, вырывая меня из объятий сна, что охватили меня. Я слегка вздрагиваю, понимая, что это был лишь дурацкий сон, такой же, какие часто снились мне эти пять лет. Знаете, они до жути пугающие, меня заставляют бежать до потери пульса, биться в агонии, но при этом они помогают мне. Я будто иду на прием к психологу-голосу, что засел у меня в голове. Голос женский, но всегда говорит про себя в мужском роде. Я думал, что это какой-то Оракул, знающий все наперед, ибо он говорил, что знает то, чего не знаю я, либо мой внутренний Я, в женском варианте, как разговор с самим собой, понимаете?

Я долго ломал голову над этими сновидениями, но потом просто сдался, не желая заступать глубже. Просто прозвал голос "Неостонавливайсявалка" и разрешил ему жить в моей голове, приходя к нему на "прием" тогда, когда жизнь опять повернется ко мне не тем местом.

Сон полностью покинул мое тело, дав волю моему мозгу самому все решать. Я тут же почувствовал, что что-то теплое прижимается к моей груди, а до моего слуха донеслось тихое сопение.

Открыв глаза, я увидел темную макушку спутанных волос, а потом и ее обладателя, который сжимал в руках ткань моей футболки, прижавшись ко мне всем своим телом.

Я на миг оцепенел, вспоминая вчерашние события, переживая опять те же эмоции. Он жив. Я столько лет внушал самому себе, что его больше нет, а сейчас он лежит рядом со мной, провалившись в царство Морфея.

Я провел кончиками пальцев по его плечу, убеждаясь, что он реален, от чего по моему телу вновь пробежали волны приятной дрожи.

Парень заерзал, но не пробудился.

Вчера, выбравшись из ванной, я довел его до своей спальни и нашел сухие вещи, чтобы он смог переодеться. Моя футболка висела мешком на его худощавом теле, за эти годы он сильно похудел, ребра выпирали, вот-вот порвут тонкую бледную кожу, руки были просто костями, обтянутыми кожей.

Он сильно устал вчера, впрочем, как и я, поэтому я не стал мучить его разговорами и уложил спать. Правда, я положил его в спальне, а сам лег на диване в гостиной, он ночью, что ли, пришел ко мне?

Джерард поднял голову, открывая мне вид на его прекрасные черты лица, продолжая спать. Он слегка морщил носик, от чего между его бровей пролегала морщинка, тут же исчезая. Кожа лица за эти годы будто стала ещё тоньше, под глазами стали заметнее проступать вены, придавая немного болезненный вид.

Тот факт, что Джерард меня не помнит, немного обескуражил меня, но это лишь подлило бензина в огонь. Я просто обязан сделать так, чтобы он меня вспомнил, но для начала надо посоветоваться с врачом.

Не знаю, откуда такая информация в моей голове, но я боюсь говорить ему всю правду, дабы не напрягать мозг, из-за чего все шансы на то, что он вспомнит самостоятельно, испарятся, как дым от сигареты в свежем воздухе.

Но смогу ли я молча наблюдать за ним, находиться так близко и даже не имея возможности прикоснуться? Айеро, ты мечтал об этом пять гребаных лет, можешь ещё несколько месяцев подождать. В крайнем случае, ты будешь добиваться его, если он так и не сможет вспомнить, что ты ему не просто друг.

Джерард облизал пересохшие губы во сне, положив ладошки под щеку. Я поддался мимолетному порыву, немного подался вперед и накрыл его губы своими, тут же отстраняясь, проклиная за минутную слабость. Каждая клеточка моего тела затрепетала, в груди разлилось тепло, а на губах до сих пор чувствовался до безумия приятный след от прикосновения к его губам.

Джи начал вертеться во сне, что-то бормотать, после чего захлопал густыми ресницами, пробуждаясь. Он потянулся, пытаясь не упасть с тесного дивана, и улыбнулся. Так искренне и легко, что у меня воздух застрял в горле.

- Доброе утро, - промурлыкал он.

- Д-доброе.

- Прости, я пришел ночью, просто... Я не хочу оставаться один, боюсь, - стесняясь, произнес Джерард, потупив голову.

- Чего же ты боишься? - с утренней хрипотцой в голосе спросил я.

- Людей в белых халатах с гигантскими шприцами в руках, - почти что одними губами произнес он, поежившись, даже я заметил, как его руки покрылись мурашками.

- Проголодался? - решил сменить тему я.

Тот кивнул, и я аккуратно перелез через него, поднимаясь с дивана, пошел в ванную. Джерард встал и последовал за мной хвостом, лениво передвигая ногами.

Ванна со вчерашнего вечера до сих пор была наполнена уже давно остывшей водой. Я быстро спустил воду, пока Джерард стоял в дверях, теребя край моей футболки.

Я показал Джи где что находится, а сам спустился на кухню, с желанием приготовить что-нибудь на завтрак. Пока я был занят тостом, не заметил, как Джерард спустился на кухню и незаметно подкрался к столу. Его выдал скрип стула, когда он приземлился на него. От испугу я выронил из рук несчастный тост, который проскользил по полу и закатился прямо под холодильник.

- Прости, - прошептал Джи.

- За что? - мягко улыбнулся я.

- За то, что... Испугал тебя. Наверно, - задумавшись, произнес он.

- Не извиняйся, - по-доброму хихикнул я. - Держи, - я поставил перед ним тарелку с тостами и чашку крепкого кофе.

- Кофе? - удивился тот.

- Да, ты же его любишь, нет?

- Я его просто обожаю! - завопил он не своим голосом, схватил кружку и чуть ли не одним глотком осушил ее, выпив до дна горячий напиток. - Прости. В больнице мне запрещали пить кофе, то, что кололи мне эти ублюдки то ли не усваивалось с кофеином, то ли ещё что-то, но мне за все эти годы даже глотка не дали.

- Оу, - протянул я, - так тебе ещё налить?

- Ага.

***

- Джерард?

- М?

- Может, расскажешь все по порядку, что с тобой было, как ты оказался в больнице? - решился наконец перейти к этой теме, когда с завтраком было покончено.

- Я не знаю, не помню. Отец. Он кричал, я кричал, о ком-то, не помню. Он сказал, что мне нужна помощь, меня нужно вылечить, спасти для общества, - бормотал Джерард. - А потом мои воспоминания уже из больницы, ужасный врач, чьи глаза сверкают сумасшествием, уколы, больно, - от воспоминаний его начало легко трясти, и я обнял его за плечи, прижимая тело к себе, все ещё удивляясь тому, что от него исходило тепло, его сердце билось в груди, гоняя кровь по сосудам, и я слышал гулкий звук от его ударов.

- Твой отец показывал мне свидетельство твоей смерти, - вспоминал я, и мои ладони сжались в кулаки от злости, - "Джерард Уэй мертв", - шептал я, - он похоронил тебя для общества, как он мог? - я скрипнул зубами.

Дональд Уэй всегда отличался жестокостью к своим сыновьям и жене, об этом я знал не понаслышке. Брату Джерарда - Майки - повезло больше, мать после развода забрала его с собой. Как бы она ни боролась в суде, но связи Уэя-старшего помогли ему взять опекунство над одним из сыновей. Джерард сам согласился остаться с отцом, чтобы маленький Майки не получал от тяжелой руки Дональда, не слышал вечных оскорблений в свой адрес, ведь тот был ещё совсем маленьким. А Джерард остался с отцом-тираном, который вроде бы и был занятым человеком, но всегда уделял время сыну. За любой прокол он мог легко ударить Джи, выгнать ночью на улицу и запереть на заднем дворе, лишал денег и еды, но Джерард редко жаловался. Матери он не говорил ничего, хотя та и сама все понимала. Но от меня Джи не смог ничего утаить. Когда в очередной раз он пришел ко мне с фингалом под глазом, я налетел на него с вопросами, и он не смог больше отнекиваться. Он часто оставался у меня ночевать, чтобы лишний раз не видеться с отцом, и в итоге я предложил ему переехать ко мне насовсем, моя мать была не против, она, конечно, не очень одобряла однополые отношения, но никогда мне ничего не говорила, а Джерард ей нравился в роли моего избранника.

Уже тогда, когда мы пошли в дом Уэев, дабы собрать вещи Джерарда, надеясь, что Дональд на работе, и начался весь ужас. Тогда я последний раз увидел Джерарда...

Джи тихо лежал на моем плече, теребя пальцами воротник моей футболки. У его волос ощущался еле уловимый запах мяты и свежести, как раньше. Я поглаживал его по спине, хотя он уже успокоился, его не трясло, он не плакал, просто обнимал меня, утыкаясь носом в шею.

- Джерард, ты боишься людей в белых халатах? - после этих моих слов Джи крепко сжал в кулаке ворот моей футболки.

- Ты же не отправишь меня обратно к ним, Фрэнки?! - закричал он, отстранившись. - Я не хочу туда, пожалуйста, не надо! Я хочу остаться здесь, Фрэнки, пожалуйста!

- Ты останешься здесь, Джи, я ни за что в жизни не отправлю тебя туда, обещаю.

Он выдохнул, успокоившись, и вновь вернул голову мне на плечо, будто так ему было легче. Мне лично - было.

- Обычный врач. Терапевт, - вновь начал я, - ты же хочешь все вспомнить?

- Хочу.

- Тогда нужен совет доктора. Я обещаю, что найду самого лучшего врача, он не причинит тебе вреда и не заберет тебя. Я никому не отдам тебя, Джи.

- Я верю тебе, Фрэнки.

- Джер, а у тебя есть свои документы, там паспорт или ещё чего-нибудь? - он отрицательно покачал головой. - Ладно, что-нибудь придумаем.

========== I just love you, Pansy. ==========

Пять лет назад.

Слабые лучи весеннего солнца пробивались через облака с легким серым оттенком, бросая на землю яркие полосы света. После ночного дождя улицы были залиты лужами, в воздухе витала сырость. Теплые порывы ветра играли с травой и листьями на деревьях.

Два парня шли по пустынным утренним улочкам, весело о чем-то болтая, постоянно улыбаясь. Их переплетенные пальцы, взгляды, которыми они одаривали друг друга, румянец на щеках, хотя было совершенно не холодно, а даже наоборот, и блеск в глазах говорили о том, что они далеко не просто друзья.

Когда высокий особняк из темного кирпича показался за поворотом, один из парней крепче сжал руку своего возлюбленного, стерев с лица улыбку.

Перестав смеяться, они зашли на чистый двор, быстро засеменили ногами, подходя к массивной входной двери. Аккуратно выудив связку ключей из кармана, один из них открыл ими дверь, заходя внутрь и увлекая за собой парня.

Воровато осмотревшись, они убедились, что в доме кроме них больше никого нет. Они облегченно выдохнули, и вновь на их лицах заиграли слабые улыбки. Джерард, что повыше, потянул своего парня к лестнице, дабы подняться к себе в комнату и собрать вещи. Сегодня он собирался навсегда съехать из этого дома, что наводит на него лишь ужас и плохие воспоминания. Он будет жить вместе с Фрэнком, своим парнем, у него дома, чему он был несказанно рад.

Быстро взлетев вверх по лестнице, парни остановились у двери в конце коридора на втором этаже. Зайдя внутрь, они очутились в просторной комнате, стены которой были увешаны постерами, рисунками, фотографиями. Кровать была незастелена, на полу валялась какая-то одежда, на столе громоздилась кипа бумаг и альбомов.

- Давно я тут не прибирался, - произнес Джерард, обводя комнату взглядом.

Фрэнк лишь хихикнул, подходя к стене, что была увешана фотографиями. На множестве из них был изображен он же, Фрэнк, что парня слегка смутило, его щеки стали пунцовыми, а глупая улыбка никак не хотела исчезать с его лица. Джерард любил баловаться с фотоаппаратом, Фрэнк порой даже не замечал, что его снимают. Вот он настраивает свою гитару, сидя на полу в гостиной, вот разговаривает с кем-то по телефону, вот спит, прижав к себе подушку. Хорошо, что Дональд Уэй, отец Джерарда, не любит заглядывать в комнату к сыну, да даже если и заглядывает, то ему абсолютно наплевать, что изображено на этих картинках.

Айеро увлекся рассматриванием фотографий самого себя, что не заметил подошедшего к нему Джерарда. Тот обнял его со спины, положив голову на плечо. Фрэнк вздрогнул, но потом нежно улыбнулся, смотря на темную макушку.

- Меня так много, - завороженно прошептал Айеро, осматривая стену.

- Я просто очень люблю тебя, Пэнси, - промурлыкал Джи, целуя в висок своего возлюбленного.

Тот довольно заурчал в объятиях Уэя, прижавшись к нему всем телом.

- Надо быстрее собираться, - прошептал Фрэнк и нехотя выполз из объятий Джера.


Последнее изменение этой страницы: 2018-09-12;


weddingpedia.ru 2018 год. Все права принадлежат их авторам! Главная